Когда я познакомилась с ним, ему было всего три. А мне пятнадцать. Я встречалась с его дядей и часто бывала в гостях. Я тогда изучала иврит и собиралась стать художником. Как же далеко я-сегодняшняя от я-той,  пятнадцатилетней! Тогда он подарил мне какую-то свою игрушку – пластиковое сердечко и сказал, что любит меня. Это было мило и очень искренне.

Когда мне было 23, я собиралась замуж за его дядю. Все закончилось весьма драматично, мы разругались, когда у меня на руках уже были билеты и документы о переводе на работу в другой город. Я старалась не думать об этом, а он, одиннадцатилетний, каждый день приходил ко мне и рассказывал, как прошел его день. Знал бы он, как тяжело мне смотреть на него и видеть черты человека, предавшего меня. Но мальчик ни в чем не виноват. Он просто похож на дядю. Я не могла общаться ни с кем из его семьи. Попросила его не приходить.

Прошло несколько лет. Вчера зашла в гости к его маме. Я думала, что все уже прошло. Мне тридцать, ему – восемнадцать. Он такой же, каким был его дядя. Он немного заносчив и отстранен как подросток, но вот руки выдают его. Он помогает мне надеть шубу, застегивает пуговицу – и я вижу, как дрожат его пальцы. Он все еще влюблен в меня! Как такое может быть? Что я могу дать ему? У меня семья, все это он прекрасно знает, но вопреки всему сердце кричит другое.