В автономном плавании подводникам приходят в голову разные мысли. Чаще всего они направлены в сторону берега.  К женам и детям, любимым и родным.
Причем замечено, чем дальше от родины, тем чаще они посещают головы моряков.
Такая вот закономерность.

Еще подводники сильно предрасположены к грезам на разные темы. 

Мечтают они об отпуске. Некоторые - о переводе на большую землю.  Отдельные - о карьере. Кое-кто  о домике в деревне для осуществления сельского хозяйства. 

Бывают и мечты на свободные темы.

Например, такие,  какие пришли в голову мне и нашему штурману.

Дело было  во время преодоления противолодочного рубежа в районе Шпицбергена.
Архипелаг справа, Норвегия слева, а мы - посередине. Двигаемся в сторону Северной Атлантики. Чтобы в нужный момент ощерится на враждебных тогда нам американских империалистов.  Всеми шестнадцатью ракетами.   Баллистическими.

Я несу вахту на боевом информационном посту. Сокращенно БИП. Он расположен в центральном посту. У меня третья смена.  В тот день она случилась утром. С восьми утра до двенадцати. Обычно в такое время, если гидроакустический горизонт чист, то командир дремлет в своем кресле.  Боцман усиленно старается не заснуть на рулях.
Механик индивидуально грустит за своим пультом.

Мои гидроакустики, получив мое приказание в случае обнаружения цели, доложить лично мне, тихо и  по секрету,  прямо в штурманскую рубку, где я обычно, в это время,  пью кофе и разговариваю со штурманцом.   С моим другом Сашей Зверевым.
Зачем же понапрасну будить командира.  Пусть спокойно отдыхает.

Так, вот, сидим мы, сосем растворимый, говорим об искусстве, о том, что театр – это другой мир и о женщинах, конечно.

Где-то, после третьей кружки и четвертой женщины, из воображения, понятно, я бросаю взгляд на прокладочный стол. На нем лежит морская карта.  Замечаю на ней очертания какой-то земли, севернее нас.

Всматриваюсь внимательнее  и, замечаю, что в одной точке, на мысе Сёркап что на  южной оконечности Шпицбергена, одновременно сходятся  три моря. Гренландское, Норвежское и Баренцево.

Очень необычно.

Тут же начинаю мечтать выйти на эту оконечность земли и пописать по очередь справа налево или, наоборот, в эти водоемы.  Шура Зверев солидарен.

Мы по очереди спускаемся вниз.  В гальюн. И делаем это, к нашему сожалению, только в Норвежское море.